НАШИ КОРНИ

НАШИ КОРНИ

Ко дню города

Как старообрядцы остались при своём

Семёнов - уникальный город, он признан не только столицей золотой хохломы, родиной нижегородской матрешки, но и одним из центров старообрядчества в России. Семёновской земле было суждено сыграть весьма заметную роль в исторической драме, известной как раскол русской церкви. Приютом и надежным убежищем для русских старообрядцев в конце ХVII-начале ХVIII веков стали керженские леса Нижегородского Заволжья. Людская молва возвестила по всей России: «Живут бо тамо человецы зело добры, от разных градов приходят ради душевного спасения…». В период раскола население Семеновского уезда увеличилось в пять раз. Люди приходили разные: от гнета и бесправия, от налогов и брадобреенья селись по лесам крестьяне, купцы и старцы, образуя круговые поселения – скиты. Причин заселения было несколько: большие неосвоенные территории, труднодоступность, отсутствие помещиков и приход, согласно преданиям, соловецких старцев. К мнению старцев из керженских скитов прислушивались по всей России. Благодаря дисциплинированности, трудолюбию, бережливости купцы-староверы сформировали сильные группы и добились больших успехов.

Старообрядцы принесли на Керженец иконы, рукописные книги, медное литье, а главное - знания… Именно поэтому Семенов начинает развиваться как духовный центр, строятся моленные дома и храмы. Бассейн реки Керженец был и остается колыбелью старообрядчества, поэтому на протяжении нескольких веков привлекал поэтов, писателей, фотографов, исследователей, среди них Владимир Короленко, Павел Мельников-Печерский, Михаил Пришвин, Борис Корнилов, Сергей Афоньшин, Зинаида Гиппиус и другие. Эта земля впитала старинный уклад, а люди сохранили обряды, предания, веру. Изучать Семенов – это перелистнуть страницы времени и очутиться в прошлом, где еще живы предания старины, молитвы по знаменному распеву и подпоясанные бородатые мужики с лестовками в руке.

«Мы за Волгой живем вольно, кто с землей, тот с войной!» - так говорили те, кто бежал в глухие леса Керженца. Дорога и железнодорожный мост через Волгу появится только в 1935 году, а автомобильный - в 1965-м. Надежно старообрядцев скрывала не только река, но и непроходимые болота, леса. Система мелких рек, ручьев , богатые лесные дары и охота позволил общинам жить. Скит Смольяны здесь появится еще до раскола, в 1656 году. Затем общины будут разрастаться и укрупняться, на рубеже ХVIII века появится починок Семенов, который превратится в город в 1779 году.

Первым, кто серьезно занимался исследованием, территории был Иван Александрович Милотворский , но, к сожалению, он ошибочно отнес появление Семенова к ХVII век. Кропотливый труд и усердие нашего земляка, сотрудника Российского государственного архива древних актов Сироткина Сергея Васильевича доказывает, что Семенов как починок появился после 1691 года. Он предоставил факты, а именно перепись дворцовой Толоконцевской волости, на землях которой потом был основан Семенов. В ХVII веке Семёнова не существовало. Селишко Елизарьевского бортного ухожея с похожим названием, упоминаемое в трудах Милотворского И.А., действительно было, но южнее и за Волгой.

В 1713 году починок Семёнов попадет в донос боярского человека Лаврентия Боторова. В июле этого года Лаврентий Боторов, живший целый год у тестя в лесу на Керженце, донес Сенату, что в Керженской волости Казанской губернии Балахонского уезда есть починки Ларионов, Семеново и многие другие, а между ними — лес.«И по тому лесу,— сообщал Боторов,— селются всякого чина люди сходцы с Москвы и с разных городов посадские и люди боярские и волостные и всякого чина люди с женами и детьми, и в том числе явны будут беглые солдаты, а такие люди идут в ту страну от брадобритья и от солдатского побора и от государевых податей по премногу много и селются по лесу собою и податей никаких не платят…Живут всяких чинов беглые люди в избах по 100 и по 50 в избе».

Обеспокоенный таким непорядком Лаврентий Боторов на наемных подводах один, по своей инициативе, прибыл в Москву — «для доношения царскому величеству о тех беглых людях». Он предложил, чтобы Сенат послал его для поиска этих беглых и «дал ему о том в Нижний и на Балахну к комендантам послушные указы». «Всяких чинов людей, браду имущих, велено ловить и допрашивать… о том, чего ради они не исполняют царского величества указов… и отсылать к гражданскому суду». Так начинались первые притеснения старообрядцев на Керженце. Всего на территории будет три этапа гонений: «Петровское», «Мельниково» и советской власти. Старообрядцы стойко перенесут притеснения Петра 1 и Епископа Нижегородского Питирима, вынесут грабежи и ликвидации часовен чиновником Павлом Ивановичем Мельниковым, переживут разорение скитов после революции.

Старообрядчеству была объявлена самая настоящая война. Синод принял текст присяги для иереев, по которой они обязаны были отыскивать раскольников и сообщать о них начальству. Староверам запретили занимать все общественные должности, обязали платить двойной налог и первыми отдавать детей на службу в армию. Их браки стали считаться недействительными, а ношение бороды стоило 50 рублей при цене дома в 20 рублей. При Синоде была создана специальная «контора раскольничьих дел», которая имела право наказания, от нанесения тяжких увечий до ссылки на каторгу и мануфактуры. При Петре 1 началась практика миссионерских поездок для принудительного крещения староверов, хотя иногда формально устраивались диспуты, на которых постепенно оттачивали ораторское мастерство как староверы, так и их противники. Так что неосознанно Пётр I содействовал будущему развитию старообрядческой полемистики, книжности, собиранию обширных библиотек, становлению чёткой и убедительной древлеправославной апологетики и традиции всеобщей грамотности и начитанности среди «раскольников». Даже пропетровски настроенный историк М.П. Погодин писал:

«Раскольники остались при своём, не подверглись европейскому Петрову влиянию, приняли в себя ещё новую силу, значительную силу гонения». Память о подвижниках веры сохранили многие деревни Семеновского округа, так, например, деревня Ларионово (бывший Лаврентьевский скит) – место жизни диакона Александра (мирское имя неизвестно). Родился и женился сей подвижник благочестия на Костромской земле, в древнем селении Нерехта, в 1673 или 1674 году. В Нижегородские леса юноша отправился спасать душу и на постоялом дворе встретил инока Иону. Судьба была решена, побыв несколько лет послушником, в 1709 году он был пострижен отцом Лаврентием во иночество с именем Александр. Супруга диакона также приняла постриг в женском лесном скиту. В истории диакон Александр остался как податчик ответов (аргументов за старую веру), за что был осужден и казнен.

Деревни Пафнутово, Трефилиха, Комарово, Шарпано, Осинки, Оленево, и многие другие также образовались, благодаря приходу старообрядцев.

Оленевский скит относится к наиболее известным скитам Семеновского края. Скит находился в 24 км к юго-востоку от г. Семенова Нижегородской губернии, ныне — деревня Большое Оленево. Это один из древнейших скитов, возникший задолго до раскола. Согласно преданию, он был основан в XV в. иноками Желтоводского монастыря, сопровождавшими св. Макария Желтоводского и Унженского в его шествии с Желтых Вод на Унжу. Именно здесь путникам по молитве преподобного явился олень (отсюда и название скита). Оленевские пустынножители не приняли Никоновских реформ и исправления книг, к ним стекались из разных мест их единомышленники, которые и основали вокруг Оленева скиты Керженские и Чернораменские.

В начале XIX века Оленевский скит насчитывал 14 женских обителей. В 1826 года в нём имелось пять часовен и девять моленных. По указу Нижегородского губернского правления от 1 июня 1834 года был составлен геометрический план Оленевского скита с обозначением обителей и келий. Всего на тот момент в скиту проживали 432 насельника мужского и женского пола. На плане помечено шесть бывших кладбищ и одно на тот момент действующее. С 1838 года Оленевский скит, как и многие другие, в официальных бумагах называется деревней, но продолжает быть старообрядческим монастырем. По мнению А.П. Мельникова, Оленевский скит был характерным образцом скитского поселения. Он отличался радиальной постройкой до советского времени.

Одним из крупнейших стал Комаровский скит - место действия романа Мельникова-Печерского «В лесах». Поселение основано в конце XVII века вблизи деревни Елфимово. Название, согласно преданию, скит получил по прозвищу первого поселенца крестьянина Комара. В 1826 году в скиту находилось 26 обителей, в каждую из которых входило до 100 домов. Скит просуществовал до 1938 года, затем числился деревней.

Жители этих и других старообрядческих поселений не только увеличили численность уезда, но и сделали эти места центром духовного и культурного развития. В скитах появились мастерские, где скитники занимались различными промыслами, среди которых – лестовочный промысел, золотошвейное дело, шитье бисером, резьба по дереву и т. д. Со старообрядчеством связано и возникновение хохломского искусства – оригинальной техники золочения деревянных изделий.

Русские купцы-старообрядцы зарекомендовали себя отличными организаторами промышленной деятельности, торговли и благотворительности. Среди семеновских купцов таким был Афанасий Павлович Носов (1828-1912), пользовавшийся большим уважением среди горожан. Афанасий Павлович занимался ложкарным промыслом, числился купцом второй гильдии и имел на Нижегородской ярмарке торговые лавки. Сохранился и родовой дом купца - двухэтажное кирпичное здание с балконом.

По инициативе и на средства купца Афанасия Носова в 1912 году была построена и открыта Никольская старообрядческая церковь. В настоящее время она является действующей и украшает одну из площадей города. По преданию, у храма имелся склеп и потайной ход, соединявший его с купеческим домом. После смерти Афанасий Павлович был захоронен с боковой стороны церкви, а его жена, Анастасия Константиновна, оставив все свое состояние, ушла в Шарпанский скит, где постриглась в инокини под именем Алевтина.

И по сей день Керженец с его заповедными живописными лесами, облюбованными когда-то староверами, привлекает красотой и таинственностью. В память о былых временах нам остались старообрядческие кладбища, древние гробницы, колодчики и ключики, а также памятники природы, повествующие о духовной силе этих мест. Особая культура, традиции и обряды сохранились здесь до наших дней, пропитали керженскую землю и плотно вошли в быт семеновцев.

В Семенове бережно хранятся древние иконы, старопечатные книги, традиционные костюмы, кропотливо собранные документы и воспоминания о жизни староверов.

7 сентября, в день празднования 245-летия города Семенова, реализуется событийная историческая ретроспектива «От Семёна – до Семёнова: века живой истории», в рамках которой будет организована площадка «Центр старообрядчества»: жизнь и быт приверженцев старой веры», где все желающие смогут познакомиться с бытом и традициями древлеправославных христиан.

Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив фондкультурныхинициатив.рф.

Автор: антрополог религии, изучающий вопросы старообрядчества в Нижегородском Заволжье Маргарита Алмазова